gamov (karlsonfrom) wrote,
gamov
karlsonfrom

Красная Жратва

Чем больше он наблюдал за «элитным закрытым клубом», в который, как утверждала Ники, он прекрасно вписался, тем больше росло его недоумение. Он провел здесь уже неделю, успел перезнакомится с десятком самых разных и порой весьма причудливых личностей, и при этом мало что смог понять.
Нам, жителям Земли, этот «закрытый элитный клуб» больше всего мог бы напомнить коммуну хиппи, только организованную лет на 40 позже. При внешней разношерстности участников их объединяли несколько простых вещей: вера в Великую Эсмеральду и ее мудрость, равнодушие к делам окружающего мира и абсолютный промискуитет. Его коробили слишком «простые нравы», царящие в сообществе, но устраивало то, с каким равнодушием и «пониманием» его новые знакомые к его нежеланию «вливаться» в дружный коллектив.
Одно дело, когда он, Ники и Лилит делают это втроем, это хорошо и приятно, но когда ты лежишь на диване и пытаешься вспомнить и осознать свои приключения там, в гостях у Эсмеральды, а с двух сторон происходит такое, что как говорили в старину, ни словом сказать, ни пером описать, это как-то начинает порой напрягать.

Дарк, самый первый из членов «Клуба Свидетелей Эсмеральды», с которым его познакомила Ники, сказал ему так:
- Джер, ты просто еще ничего не понял. А знаешь почему? Потому, что Королева еще тебя не призвала…
Королева, если она и существовала, его действительно игнорировала. За неделю опытов он смог удивительно мало. К живым разноцветным трубам он смог добавить пульсирующие орнаменты, странные, замкнутые сами на себя объекты, которые Ники и ее друзья именовали пуговицами, и пожалуй все. Входить в Дворец Эсмеральды без прибора-настройщика он также не мог.  В то же самое время он наслушался таких подробных и, что там говорить, интересных рассказов о приключениях там, в мирах Эсмеральды, что невольно испытывал некоторое чувство неполноценности. Все его новые знакомые просто складывали определенным образом руки на груди и отключались.

Дарк, проникнувшийся к нему непонятной симпатией, хлопал его по плечу свой черной рукой и утешал:
- Не грусти, брат, у тебя все получится. Просто пытайся. А то, что видишь одни узоры, не мудрено – ты сейчас находишься в швейной мастерской Эсмеральды, среди ее белошвеек.
Ищи белошвейку, она поможет. Или хотя бы ее сантехника, - при этих словах он почему-то захихикал, а остальные громко присоединились.
Отсмеявшись, Дарк, дал совет, который оказался ценным – когда засыпаешь, искать увиденные в мирах Эсмеральды узоры перед своими сонными и закрытыми глазами. Джереми уже дважды засыпал таким образом, погружаясь то в паутину нитей Эсмеральды, как называла трубки Ники, то летая над бесконечными полями разноцветных переменчивых узоров. Это было приятно даже здесь, в его мире. Приятно, но не более. Старое название этой странной забавы, услышанное от Эни, он уже и не вспоминал. Черная Пустота… Действительно, какая же это пустота, и что в ней черного?

О том, что шлем теперь бесполезен, он узнал на третий день своего пребывания здесь. Ники уехала в город, и он, ставшись один, тут же потянулся за шлемом. Ему даже не пришлось возиться с настройками, поскольку не было связи с самими генераторами черных дыр. Похоже. Они были отключены или не работали вовсе.. Шлем на его голове был теперь бесполезной игрушкой, а сама ситуация говорила только об одном – фраза о войне была все не шуткой. Он ничего не знал о судьбе своих товарищей по Ордену, зато знал одно – на Большую Землю ему лучше не возвращаться.

Что ж, значит надо набирать очки здесь. Их предварительная договоренность с Эни тоже теперь была под вопросом. Эни тогда ему сказала, что его найдут сами и перевезут в нужное место. Но как и кто его найдет здесь, он нем мог и представить. А еще через пару-тройку месяцев у него закончатся деньги. Придется искать здесь работу. Ковбоем в тот салун? Или в компанию к Ники? Не смешно…

Когда Ники уехала, он остался в домике один. Иногда его навещала Лилит, но он чувствовал себя с ней скованно. Лилит была молчалива, курчава и большеглаза. Первый раз она пришла и молча села рядом. Он пытался с ней поговорить, но ее ответы всегда были крайне односложными. Она либо была крайне глупа, либо просто не любила разговоры. И, черт возьми, она ему нравилась. Лил очень приятно пахла. И поскольку они, благодаря щедрости Ники, уже были близки, то во время второго визита он просто подошел к ней, сел рядом и поцеловал. И ощутил очень странное чувство – она смотрела на него как инопланетянка из одного старого фильма, отстраненно, как на какую-то диковину.
Он повторил попытку и задержал ее в своих объятиях, затем отстранился чтобы посмотреть на реакцию. Все тот же немигающий взгляд прямо в глаза. Он стал стягивать в нее майку. Она послушно подняла верх руки, помогая. Дальше он уже не сомневался в своих действиях.
У нее было очень приятное, прекрасно пахнущее тело, и та удивительная отстраненность, которая и возбуждала и заставляла его вспомнить лавру Мию, даму-робота из Агентства Неожиданных Встреч. Миа, наоборот, пыталась проявлять активность и установить контакт, но эффект был в чем-то сходным и тоже крайне инопланетным.
- Хочешь, я буду приходить каждый день, пока Ники нет?
Он не знал, что ответить.
Она взяла его руку, подняла и приложила к ней свою ладонь.
- Вот. Буду нужна, не стесняйся.
Она поднялась. Он взял ее за руку и усадил рядом.
- Лил, а ты – кто?
- Орка, как и Ники.
- Я не про это… Чем занимаешься здесь, на острове.
- Садовница. Работаю у барона.
- В самом замке?
- Да.
- А почему сейчас здесь?
- Четыре через четыре работаю. Послезавтра в город.
Она встала и, не прощаясь, покинула веранду. Он ее не позвал. Вместо этого он решил поближе познакомиться с окрестностями. С западной стороны, за невысоким хребтом, он обнаружил обширную территорию выработок, место, где даже бурная тропическая флора еще не смогла по-настоящему скрыть следы человеческой деятельности. Почему сюда не допустят «зеленых»? С той стороны, откуда они приехали, ничего интересного не просматривалось. Зато с севера и востока виднелись довольно высокие холмы. Ники сказала, что в хорошую погоду с ближней вершины можно было разглядеть Олимп. Местный Олимп, если судить по видео и фото в Облаке – неприметная вершина около двух километров высотой. По масштабам Ксанфа – даже не гора, а так, высокий холм. Даже очертаниями этот Олимп напоминает не гордые скалистые пики или вулкан, а просто высокую часть хребта какой-то очень-очень древней складчатости. Но уж какой есть. Туда-то он и идет сейчас, с трудом пробираясь вверх по узкой долине ручья.

Кстати, когда Ники говорила про Олимп, ему показалось, что он уловил что-то странное в ее голосе. Но спрашивать не стал, просто принял к сведению.
Вообще, о чем-либо расспрашивать Ники он уже не пытался. Спасибо, что приютила. Надо подумать о других информаторах.
Он перебрал в голове своих новых знакомых. Почти все – несомненные орки. Без «вышки», простые ребята и девчонки. Не злые, почти все где-то работают или подрабатывают. Ведут крайне «естественный» образ жизни. Не напрягаются. Работа, игры, секс и она, Эсмеральда.

Он споткнулся о мокрую кочку и остановился чтобы передохнуть. вдруг вспомнил про свое задание, одно из – разобраться с тем, что же такое эта Эсмеральда. Наркотик или нет? Судя по тому, что эти ребята совершенно очевидно от нее зависели, то да. Но приносило ли это им какой-либо вред? На первый взгляд, нет. Он не раз наблюдал, как выглядят люди, находящиеся ТАМ. Заходишь в комнату, а там – неподвижные тела. Он прекрасно понимал, какую бурю эмоций могли в этот момент испытывать их сознания. Но внешне это никак не отражалось на телах. Похоже, эта штука задействует только мозг. И мозг ли? Он не чувствовал после Эсмеральды ни усталости, ни каких-либо еще странных или неприятных ощущений, какие случались с ним после того, как переиграешь в игры или после долгих упражнений на внимание и память.
Наблюдение за мирами. Вот, что это ему могло бы напомнить, если бы не одно НО. Он видел тело Эни, когда она бродила по мирам. Ее дыхание могло ускориться, она могла автоматически почесать себе что-нибудь или слегка поменять позу. Эти лежали неподвижно. Получается, что мир Эсмеральды сильнее фиксирует внимание своих гостей. Гостей ли? И почему его до сих пор держат в каком-то складе швейного производства?
И кто такие эти белошвейки? Иногда ему казалось, что что-то из окружающих его структур как будто бы пытается с ним общаться. Но как общаться со светящейся трубкой, когда ты сам – такая же трубка?

Ты отвлекся. Тебе нужен осведомитель, проводник в мир Коллизиума и этой чертовой Эсмеральды. Джереми по одиночке вызвал в памяти образы его новых знакомых.
Ники. Его ровесница. Орка. Работает ряженой проституткой в салуне и пиратской таверне для приезжих. Пиратка, девушка-ковбой. Брутальна в соотвествии со своим сценическим имиджем, но не более. Проста как вода ручья. Фанатка Эсмеральды, можно сказать, ее преданнейшая подданная. Очевидно, она что-то знает про круги, и возможно, про Олимп. Но какая-то непонятная сила все время отговаривает его о дальнейших расспросах на эти темы. Может, интуиция?...
Лилит. Красива и пуста как чистый лист. Если бы он встретился с ней в салоне лавр, он легко принял бы ее за робота. Заговаривать с такой про что-то серьезное… извините.
Дарк. Это, видимо, вообще кличка, а не имя. Дарк любит пожрать, танцы, игру в го, и Эсмеральду. Флегматичен и похож на незлобивого пса.
Зена, его сестра. Очень похожа на брата повадками и привычками. И тоже крайне немногословна.
Трейн, Шайни, Свин, Роки, Маджери, Тина… Никаких зацепок. Если сравнивать с теми орками, каких он встречал на Большой Земле или здесь в столице, то эти отличались сильно. Никаких чрезмерных трансформаций внешности, всех этих кошачьих рожиц, рожек, светящихся в темноте глаз и прочих чисто оркских примочек. Чистоплотные, спокойные, и какие-то уж слишком в себе. Даже танцы в это компании были весьма необычными. Вот звучит музыка. Зена, или кто-то еще встает, делает несколько движений и обводит всех взглядом. Кто-то из другого угла отвечает. Дальше пауза. Потом еще кто-то выдает пару па. Как будто разговариваю о чем-то, ведут беседу. И вдруг, не сговариваясь, как по сигналу все приходят в движении. Концовка всегда одинакова и до боли однообразна. Когда Ники с Лилит и Даджери нет, Зена и Тина отдуваются за всех.
Хорошо, что никто не в претензии за его неучастие.

Ага, а вот и Макс. Это уже интересней. По виду эльф. Никогда не принимает участия в местных оргиях, чем значительно облегчил жизнь ему, Джереми. Быть белой вороной как-то не очень. Макс любит плавать в естественном пруду чуть ниже их с Ники домиком. И не только днем. Он пару раз слышал плеск ночью и голоса. Один из голосов был точно Макса, хриплый и низкий, второй женский, но чей. Он не разобрал. Остальное время Макс сидит или лежит где-нибудь и явно общается с Эсмеральдой или ее «белошвейками». Они симпатичней Ники и Лилит?
Надо будет к нему приглядеться. Странный тип. И всегда в лагере. На пособии?

Ручей закончился, впереди пошел крупный курумник, плотно заросший мхами и папоротником. Камни были скользкими, подъем крутым, но. К счастью, не долгим. Выше осыпи оказалось заболоченное плато, поросшее деревьями. Он сверился с картой – до ближайшей вершинки всего пара километров. Вокруг облаком висели москиты. Но не садились, современная защита действовала прекрасно. Он утомился, но решил дойти, а отдохнуть уже там. Мокрый, потный, стоял он перед очередным взгорком. Где-то высоко впереди виднелся кусочек неба. Ему туда.
Наверху он обнаружил открытое пространство. Камни, мох, лишайники, суккуленты и что-то колючее, о не стал узнавать, что. Один камень привлек его внимание – он напоминал кресло, с тонкой обивкой из сероватого лишайника. Он убедился, что рядом нет ни змей, ни крупных насекомых и уселся. Впереди в легкой дымке плавно изгибались гребни хребтов. А над ними возвышался Олимп. Да, это он, местный, такой не высокий и далекий от родной Греции, Олимп.
Он наклонился назад и прилег. Спина легка на камень удивительно ровно и мягко, как будто камень был сделан специально под него. Он закрыл глаза. Легкий шелест ветра и странный сладковатый запах – вот все, что осталось от окружающего мира. Он вспомнил про совет Дарка и вернулся к своему последнему посещению мира Эсмеральды. Тогда он, сразу миновав, мир труб, или как их звала Ники, «нитей», попал в мир «тканей» - удивительно красивых узоров, которые сменяли друг друга подчиняясь кому-то странному ритму, сопровождаемому очень простой, но чарующей мелодией. Каждый узор казался шедевром, каждый поражал глубиной цвета и танцем форм, но ему хотелось большего.
И вот сейчас он снова видел эти формы. Звука не было, но ритм был. Узоры сменяли друг друга, они были почти также прекрасны. Почти. А еще.. а еще сам был вовсе не в мире Эсмеральды. Он чувствовал камень под собой, легкое дуновение ветерка на своем лице.
И вдруг его тело дернулось. То ли он слегка соскользнул вниз по камню. То ли просто какая-то мышца сама собой вздрогнула, но в результате он панически вздрогнул всем телом, дернулся и открыл глаза. Узоры исчезли. Зато он услышал смех. И он узнан голос. Это была Эни. Он оглянулся. Никого. Он забрался на камень с ногами и еще раз осмотрел все вокруг. Никого. Только густой лес с той стороны, откуда он пришел и каменистый склон в сторону Олимпа.
Он вдруг почувствовал необыкновенный прилив сил. Он несколько раз подпрыгнул на камне. Ударил себя обеими руками в грудь и закричал. «Крик. Уйди в крик» - прозвучало в голове. И он ушел. Он кричал и кричал. И только потом, уже возвращаясь в сумерках к домику по болоту на плато , он спросил себя – кто это сказал, про крик? Ему показалось. что голос был мужской. Да нет, не показалось. Все так и есть. Мужской. И какой-то знакомый.
Потный и грязный он добрался до домика уже в темноте. Скинул с себя всю одежду и стал спускаться к запруде. Он прыгнул в воду и некоторое время плыл под самой поверхностью. Вынырнул и лег на спину. Странно, вода в ручье стекала, как он выяснил, по сути с болота. Но ничем не пахла и приятно холодила тело. Налицо в друг заплеснула волна. Он подня голову и почувствовал присутствие.
- Это я, Макс…
- Ты тут каждый вечер плещешься?
- Да. Даже в дождь. «И в серые дни суть воды остается прежней – течь и отражать. Успокой свою воду, и увидишь звезды. По звездам найдешь и солнце.» Так, кажется?
Он узнал отрывок из «Кодекса эльфа», той его части, что занимала промежуточное по стилю положение между довольно простым и логичным «Каноном» и безумными, хаотичным и часто малопонятным «Скрипом оси». Совершенно неожиданно для самого себя он процитировал как раз из «Скрипа..»:
- «Молчаливая искра, семя огня – попробуй назвать. Без имени живет, без глаз видит, без рук создает, забирает у тебя и возвращает другим...»
- Угу. «Десять в саду, да не равны. Кто в дом стеной стоять, а кто в печь - стены топить. Десять в саду, десять тысяч в лесу. Тысяча домов.на десять кораблей. На тысячу кораблей один доплывет». Мне сказали, что у тебя проблемы с нашей «красавицей»… Это так?
- Ты про Эсмеральду?
- Ее саму… Пошли на берег, замерз я что-то.

Джереми отметил, что собеседник не употребляет выражение «брат», очеь популярное в их «клубе». Через полчаса Макс заявился к нему в домик. Они сели есть на веранде. Ели молча. Джереми проголодался после прогулки и купания. Во время еду он смог получше рассмотреть Макса. У того был отрешенный и слегка безумный взгляд крупных глаз, контрастировавший с совершенно трезвой и деловой интонацией.
- Отличная жратва! – подвел итог трапезе Макс и в упор уставился на Джереми. Тому стало немножко не по себе. Макс осмотрел него и удовлетворенно кивнул.
- Нормально! Все у тебя получится. Просто идет проявка… Ты же не орк.
- А что, у них по-другому?
- Конечно. Это вообще оркская гадость.
Джереми в первый раз услышал такое уничижительное упоминание Эсмеральды. Даже Эни, которая называла ее Черная Пустота, так никогда и с такой интонацией не говорила.
- Почему оркская? И почему «гадость»?
- Хотя бы потому, что у орков нет проблем с настройкой. Они входят в ее мир легко и непринужденно. Эльф сопротивляется. Он подсознательно знает, что этот такое… Ну и она тоже, смотрит и изучает – впускать или не впускать.
- Тебя впустила?
-  И тебя впустит… Ты уже на подходе… Меняешь цвет и прозрачность…
- Что это значит?
- Эсмеральда – не королева. Она – Глаз.
- Чей?
- Вальгаллы.
- Какой еще Вальгаллы?!
- А ты не знаешь?
- Нет…
- От кого ты тогда здесь прячешься?
- Ники сказала?
- Да я и так это вижу. Так от кого?
- Не знаю, - честно ответил Джереми. – Мы это называли СуперЭльфом.
- Хорош «эльф»… Нет, ты что, правда, не знаешь про Вальгаллу?!
- Не знаю.
- А что тогда вообще знаешь?...
Джереми решил рискнуть. Его рассказ занял полчаса. Макс, обхватив колени, неподвижно сидел и слушал с явным интересом.
- Говоришь, настоящие другие миры? Такие же как наш?
Джереми немножко рассказал про ЗыЁрс и Карассию.
- Я поражен…
- Чем?
- Тем, как мало знают наши ученые мужи… СуперЭльф, надо же… - Макс засмеялся жутковатым хриплым смехом.
- Олимп, слышал про такое?
- Олимп, круги, боги, которые не правят – ты про это?
- Хоть про это вы знаете…
Джереми сделал уточнение:
- Наши про это почти ничего не знают. Это сведения я почерпнул… тут, – про Эни он ничего говорить не стал.
- Макс, а ты откуда все это знаешь?
- А думаешь, почему я здесь?
- Почему?
- Потому, что ты – это я, только чуть раньше. Я тоже в бегах. Только не от мифического СуперЭльфа, а от конкретных плохих парней.
- Кто тебя здесь укрыл?
- Ники. Она хорошая. Мне просто не очень комфортно, было тут. Как-то не привык я к местным обычаям, - он очень смешно изобразил руками эти «обычаи», - и я отселился. Живу в ангаре, где у всех байки. Заходи на чай, если что.
- Слушай, а почему они нас терпят таких? Хорошо относятся, помогают…
- Они нас жалеют. Мы в их глазах – просто еще не осознавшие, насколько хороша и проста жизнь. И потом, они явно ощущают определенное превосходство над умными-тупыми эльфами. Их вода уже успокоена, и они каждый день видят Светлый Лик. Даже когда здесь все накроется одним местом, они этот день даже не заметят.
- А здесь может что-то накрыться?
- Если олимпийцы будут тупить, как они это делают сейчас, то очень даже может быть…
- Макс, я так мало знаю! Можешь мне рассказать по порядку?
- Да не вопрос… Могу и рассказать… Вот только что ты сделаешь с этим знанием? Понимаешь, каждый день я, да и ты тоже, мы все идем навстречу жуткой гусенице, которая нами закусывает. Я это делаю с надеждой, что в один прекрасный день, она заглотит меня поглубже, и я проскочу через ее кишечник, и окажусь снаружи, и сзади, где у нее нет глаз. Джерри, Эсмеральда – не просто Глаз, она еще и Рука, вот в чем дело.
«Без имени живет, без глаз видит, без рук создает» - я-то думал, ты знаешь, раз именно это процитировал…
- Чья рука?
- Вальгаллы, я же уже говорил, Богов Тьмы.
- Спасибо, прояснил… Давай сначала. Расскажи мне про олимпийцев.
Tags: Красная Жратва
Subscribe

  • Россия - научная наша держава...

    Интересную аналитику по количеству высоко цитируемых научных авторов на душу населения стран мира собрал и подготовил мой хороший знакомый . Ему и…

  • Чаши весов.

    Все больше хороших новостей с Украины и все больше плохих со всей России. Там: - принимают правильные законы; - начинает, как я и говорил, расти…

  • Сплошная вакцинация....

    «Выхожу утром в подъезд покурить, а там ребята в уголочке стоят, вакцинируются... Такие молодцы! Сознательные такие....»

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments